Хор, ведомый Дионисом, исчезает среди скал.
Сцена 5
Подземелье. В темноте вспыхивает факел; его несет впереди факелоносец, то спускаясь вниз, то поднимаясь, за ним следуют иерофант и мисты.
1-Й МИСТДиониса и след простыл.
2-Й МИСТ ВакханкиСпустились тоже в след за ним в аид?
3-Й МИСТВсе провалились прямо в царство теней,И мы, как тени, исчезаем, вижу.
СОКРАТЯ вижу то, что ничего не вижу.
АСПАСИЯПахнуло чем? Гнилыми яблоками?
1-Й МИСТДа, яблоками конского навозаС парами свежими.
2-Й МИСТ Скорее серой,Как в Дельфах под треножником у пифий.
3-Й МИСТТак, значит, мы прозреем для пророчеств,Путями бога снисходя в аид.
СОКРАТТо был сам бог, или актер, сыгравшийРоль Зевса, будто он и есть Дионис?
АСПАСИЯСын схож с отцом, но и отец на сынаПоходит вдруг в повадках, снова молод.
СОКРАТДа, да, когда Эрот его достанет,Он снова юн, как Зевс или Дионис.
АСПАСИЯГляди, Сократ! Провалишься к праотцам.
СОКРАТКуда ж идем, когда не в мир теней?Не ведал только я, как счастлив буду,Сходя в потемках в сени гробовые,Дыша гнилыми яблоками всласть.
АСПАСИЯЯ вся дрожу, он счастлив.
СОКРАТ Да, еще бы!Я слышу голос серебристый. Помнишь,Как в юности заслушивался я,Учась риторике у соловьяЗаморского, со скромным опереньем,Но с пеньем всепобедным?
АСПАСИЯ О, Сократ!Любовью одаряя без отдачи,Не требуя ни ласки, ни вниманья,Друзьям ты верен и себе во всем,И счастлив, не имея ничего?И доблесть без тщеславия, и разум...Ты в мудрости своей всех превзошел.
СОКРАТПриятно эпитафия звучитВ устах Аспасии.
АСПАСИЯ Сократа тоже.Мы в самом деле смерть претерпеваем,Без мук ее и тлена под плитой?
Факелоносец останавливается у подземного озера, многократно отражающего свет факела, и вода наполняется сиянием, освещающим причудливые склоны, ущелья, лужайки и лес с просветом вдали. Является вестник.
1-Й МИСТА где Дионис?
2-Й МИСТ Мы идем за ним?
ВЕСТНИКВакханок обезумив до восторга,Он обернулся львом, в прыжках могучим,И ласками подруг измучен, бог,Он провалился в пропасть, в глубь аида.Дионис умер! Он скончался, бог!
ХОР МИСТОВБог умер? Как! И мы сойдем в аид!
ИЕРОФАНТОстановитесь! Дальше нет путиДля тела вашего, лишь ваши души,Как птицы, в сумерках слетаясь стаей,Проносятся в пределах царства мертвых.Гора Сизифа! По крутому склонуОн катит камень вверх, в усильях весьНапрасных, ибо камень вниз летит,Едва он доберется до вершины.
С шумом скатывается камень в пропасть.
Долины хладные, трясины мракаМинуем мы во след за Бромием,Сходя на Елисейские поля,Где высятся чертоги ПерсефоныНад морем с островом блаженных в сини,Сияющей, как камень драгоценный.
СОКРАТУносимся куда-то в самом деле?
АСПАСИЯВидения во сне иль наяву?
ВЕСТНИКНе время медлить. На лугу зеленомДионис сам уж водит хороводВ венке из винограда, что растетНа огороде Персефоны пышно...
На световом пятачке в отдалении пляски вакханок во главе с Дионисом, безбородым юношей высокого роста.
ХОР МИСТОВ (с факелами в руках) Иакх! Иакх! О, снизойди! На луг священный к нам приди! И с нами, в радости неистов, Ты попляши под песни мистов. И свет горящих смол раздуй, Чтоб мы забыли череду Всех бед и огорчений, Возвеселясь до вдохновений, И стар, и млад, И ты пляши, всех больше рад.Пусть пляшут все, топча святые травы В ночных лугах, в веселье правы. Воспойте и прославьте ту, Что бережет земную красоту. (Зачиная пляску.) И бога-юношу мы призываем. Он светел, мил, незабываем. И днесь Он здесь! В венке из винограда, - О, радость и награда! - Ведет он хоровод У чистых вод. Плясунья растрепала платье, И грудь ее, как счастье, Трепещет и поет, Нас унося в полет. И солнца свет чудесный Нам освещает путь предвечный.
Мисты выбегают на луг, где оказываются при свете дня у городских стен.
АСПАСИЯМы живы?
ЕВРИПИД Мы посвящены?
СОКРАТ Во что?
ЕВРИПИДМне кажется, я сам и был Дионис;В страданиях рожденный и погибший,Воскрес я вновь душой своей бессмертной,Как, впрочем, и бывало выходитьИз грота моего в мир, обновленныйБогами иль фантазией моей.
АСПАСИЯ (переглядываясь с Сократом)Увы! Мы отвлекались друг на другаИ в таинства не окунулись, видно.
СОКРАТПохоже, да, хотя в делах священныхУверенным быть трудно до конца.
ЕВРИПИДТеперь я знаю, почему ЭсхилБыл обвинен жрецами в разглашеньиСвященных таинств. Здесь театр и естьВ его истоках, погруженных в мифы.
АСПАСИЯВ мистериях исток театра?
ЕВРИПИД Как же!Нет мистики, поэзия одна.
СОКРАТУ нас все обращается в искусство -И боги, и природа, даже Космос.
АСПАСИЯНу а душа бессмертна или нет?
ЕВРИПИДВ поэзии, друзья, уж всеконечно.
Показываются Перикл и Анаксагор.
ПЕРИКЛВ поместье мы заедем отдохнутьИ переговорим там на досуге. (Целует Аспасию, та со смущением отвечает.)
АКТ III
